XXVI Фестиваль

МАСТЕРА. Кира Муратова

2018-08-13

Рубрика  Событие/МАСТЕРА

Кира Муратова была уникальным явлением в советском кино. Банальнее не скажешь, но и точнее не определить. Всегда яркая и всегда разная. Иностранка и бунтарь. Человечная, искренняя и язвительно-ироничная одновременно. В память о Кире Муратовой, Станиславе Говорухине и Олеге Табакове в программе фестиваля «Окно в Европу» будут показаны картины «Среди серых камней» и «Три истории».

Режиссерская профессия беспощадна к возрасту - редкий человек с годами может сохранить интерес к жизни. Муратова всегда оставалась молодой - ей было интересно. Она сумела сохранить острую юношескую чувствительность до самых последних дней - с годами мир не стал для нее понятнее или безопаснее. Злой, насмешливый, испуганный и наивный взгляд умных девичьих глаз - таким она видела мир. И этот муратовский взгляд не перепутать ни с одним другим.

Муратова всегда была иностранкой. И не только по паспорту - Кира Короткова родилась в капиталистической Румынии - была иностранкой по духу, так и не вписавшейся в официальную историю советского кино. И даже одесская прописка, превратившаяся затем в украинское гражданство, как будто бы позволяла держать известную дистанцию по отношению к миру. Так, во всяком случае, кажется отсюда.

Она окончила мастерскую Герасимова во ВГИКе в страшно далеком 1958 году, где училась, между прочим, вместе с Людмилой Гурченко. Гурченко и Муратова - пропасть, казалось бы, разные эпохи, притом бесконечно далекие. Ее первые самостоятельные работы - фильм «Короткие встречи», вышедший в чрезвычайно плодовитом 1967-м и «Долгие проводы» (1971) разделяет всего четыре года, а кажется - десятилетия. Если первый фильм, сделанный в традиционной эстетике фильмов тех лет, рефлексировал и отражал дух ускользающих 60-х, то «Долгие проводы» принадлежат уже совсем другой эпохе. Визуально решенный в стилистике новой чешской волны, свободный по духу, современный по форме, точный по высказыванию - этот шедевр Муратовой напугал чуткое к авторскому высказыванию кинематографическое начальство, и фильм прочно лег на полку до лучших времен (до 1987 года). В каком-то смысле формальное непризнание фильма, несмотря на все трудности, сыграло автору на руку - Муратова продолжала стоять в удобной эстетической оппозиции к требованиям социалистического реализма и власти вообще. Что, конечно, соответствовало духу времени. Творческая интеллигенция все равно находила возможность смотреть и пересматривать «Долгие проводы». А других зрителей у Муратовой - признаемся честно - никогда и не было.

Запрет картины, вообще, мог стать приговором автору - таких историй достаточно. Муратовой, кажется, он только придал творческого энтузиазма. С каждой новой работой ее стиль приобретал причудливый привкус «советского сюрреализма» (так Сергей Герасимов когда-то определил дебютный фильм Андрея Хржановского) - «Познавая белый свет», «Среди серых камней».

Взгляд Муратовой никогда не был обращен в себя - она всегда смотрела вокруг. И удивлялась. Она очень тонко чувствовала язык - название любого фильма 80-х  прямо-таки кричит о своей связи с эпохой - «Среди серых камней», «Перемена участи». А «Астенический синдром» уже просто диагноз. Если первый фильм - «Короткие встречи», то последний фильм, конечно, «Вечное возвращение».

История с Муратовой лишний раз показывает относительную ценность фестивальных наград - ее любили в Выборге (в 1994 году ее «Увлеченья» получили на фестивале главный приз, а в 2002 году «Чеховские мотивы были удостоены приза за режиссуру), чествовали на Кинотавре, не забывали на «Нике», но по большому счету Муратова осталась terra incognita, территорией, которую еще предстоит открыть. И в этом смысле возвращение еще впереди.

В память о Кире Муратовой, Олеге Табакове и Станиславе Говорухине, на фестивале покажут ее картины - экранизацию повести Владимира Короленко «Среди серых камней» и страшную комедию «Три истории».

Андрей Щиголев



Официальные партнёры
Информационные партнеры