XXVIII фестиваль

НИКОЛАЙ ХОМЕРИКИ: «Матч состоится в любую погоду»

08-12-2020

В этом году на Выборгском фестивале особый гость  режиссер Николай Хомерики. Он возглавляет жюри игрового кино, а его новая картина «Белый снег» о нелегкой судьбе российской лыжницы Елены Вяльбе открыла фестиваль «Окно в Европу»-2020.  Мы поговорили с режиссером о процессе создания фильма, о программе фестиваля, а также о том, как изменился российский кинематограф за последние несколько десятилетий. 

Расскажите про ваш фильм.  

Эту историю мне прислали почитать сценаристы и продюсеры «Белого снега» — Тимур Хван и Марат Ким. Она меня зацепила своей человеческой простотой, драмой, которая там присутствует. С Еленой Валерьевной Вяльбе я еще не был тогда знаком, но когда познакомился, то замысел стал для меня еще интереснее. Я решил попробовать его реализовать. С одной стороны, это история человека, история непростая, разумеется. О том, как маленькая девочка из далекого Магаданского края, не обладая хорошим здоровьем и выдающимися физическими данными, смогла достичь больших высот, благодаря своему характеру и упорству. Само собой, в жизни Елены Вяльбе было гораздо больше драматических событий, которые могли бы войти в фильм. Но все физически невозможно вместить, поэтому на определенном этапе нам пришлось выбирать, что мы показываем, а что нет. Мы постарались выбрать самые значимые моменты из ее жизни, которые заканчиваются 1997-м годом — кульминацией ее спортивной карьеры. 

Вы  председатель жюри игрового кино в этом году. Чего вы ожидаете от программы?

Я стараюсь вообще ничего не ожидать, чтобы потом приятно удивиться (смеется). Конечно, всегда ожидаешь увидеть какой-нибудь хороший фильм. Но я стараюсь даже не читать информацию на сайте, дабы заранее себя ни на что не настраивать. Смотрю, как говорится, с белого листа. Выборг всегда отличался тем, что сюда попадают необычные фильмы, не в самой яркой обертке — те, как правило, достаются другим фестивалям. Мне всегда любопытно посмотреть кино, которое не у всех на слуху, но при этом может быть очень интересным. 

Когда вы приехали в Выборг со своей картиной «977» в 2006-м году, какое у вас было впечатление о фестивале?

Это был мой первый российский фестиваль с моим дебютным фильмом. Молодой еще тогда был (смеется). До этого я четыре года учился во французской киношколе, и Выборгский фестиваль стал для меня открытием российской фестивальной киножизни. Я бывал до этого на каких-то российских фестивалях, но в качестве участника со своим фильмом я приехал впервые. До сих пор помню посиделки в гостинице «Дружба», помню, как общался с Алексеем Балабановым, Надеждой Васильевой и другими коллегами. Это были очень долгие творческие разговоры. Помню парк «Монрепо», куда мы ходили гулять. Одним словом, все было очень интересно, весело, а главное — полезно.    

Чем отличается методика обучения в России и во Франции?
Я много раз отвечал на этот вопрос, но это было давно. И когда я отвечал на него тогда — сразу после окончания киношколы и с выходом своих первых фильмов — я говорил, что у французов больше практики, больше уделяется внимания профессии, а у нас, наоборот, больше теории. Но сейчас в нашей стране все значительно поменялось. То, что было тогда, двадцать лет назад, когда я учился на Высших режиссерских курсах, и то, что происходит сейчас, это совсем разные вещи. За двадцать лет много чего произошло. Сейчас открылось много киношкол, в некоторых из них я преподавал, как, например, в Московской школе нового кино, вместе с Бакуром Бакурадзе. Эти школы дают возможность мастерам самостоятельно выстраивать программу. Мне кажется, в образовании случился существенный прогресс. Конечно, финансовый момент никуда не делся — у Парижской киношколы огромный бюджет, который позволяет ей снимать без ограничений. В остальном же, все зависит от конкретной школы и конкретного мастера, у которого ты учишься. А так, в общем, нельзя сказать, что есть существенные различия. 

Какие изменения произошли в нашем кино за последние два десятилетия? 
Мне кажется, изменения произошли не только в нашем кино, но и в кинематографе в целом. Стало меньше уникальных авторских фильмов. Больше создается картин, связанных с актуальностью, с тем, что в тренде. Если раньше было хотя бы 50/50 — половина фильмов была «для прессы», а другая имела отношение к киноискусству — то сейчас, как мне кажется, пропорции сильно изменились, даже на международных фестивалях. Я со стороны вижу, что 90% этих фильмов серьезно просчитаны, специально заточены под фестиваль — обладают нужными темами, манерами. С другой стороны, продюсерская индустрия тоже внесла свою лепту — «съела» многие фестивали и, таким образом, подравняла их под себя. При этом у нас все равно появляются фильмы с такой же периодичностью, как и везде в мире. Я знаю, что мои коллеги в этом году сняли много фильмов, так что в 2021-м нас ожидает множество интересных российских кинокартин. 

Что сложнее снимать: авторское кино или «зрительское» с большими бюджетами? 
На мой взгляд, авторское кино может быть также и зрительским. Я разделяю скорее на «кино для широкого зрителя» и на «кино для тех, кто хочет подумать». Что снимать сложнее — неизвестно. Одно сложно по-одному, другое — по-другому. Все зависит от суммы обстоятельств: какой проект, какой сценарий, какие артисты, какой продюсер. Свои фильмы, которые я делаю не для широкого зрителя, снимать сложнее, потому что нужно из себя вытянуть переживания, которые присутствуют во мне в определенный момент времени. И это своего рода самомучительство. В продюсерских проектах я полностью настроен на то, чтобы фильм «попал» в зрителя — чтобы зритель улыбнулся, заплакал, сопереживал героям и тому, что происходит на экране. На самом деле это все равно что спросить: «Во что сложнее играть, в футбол или теннис?» (смеется) И то, и то сложно в разной степени. 

Случается ли прокрастинация во время съемочного процесса? 
Бывает. Но тут дело такое — «матч состоится в любую погоду». Когда-то давно, у некоторых мастеров советского кино, была возможность что-то снять, потом месяц не снимать, затем переснять или доснять. В современном мире такой возможности почти ни у кого нет. Это часть профессии: неважно, есть у тебя настроение или нет, хорошо ты себя чувствуешь или плохо — ты должен себя как-то так перенастроить, чтобы результат был. В каждой сцене, в каждую смену. Разумеется, бывают какие-то непреодолимые препятствия — но даже несмотря на это, ты должен сделать максимум из того, что можешь сделать. 

КСЕНИЯ ПЕТРЕНКО

Фото ГЕННАДИЯ АВРАМЕНКО



Фестиваль проводится при поддержке
Министерства культуры Российской Федерации

Партнеры