Образовательную программу 34-го «Окна в Европу» начал режиссер и сценарист Стас Иванов, чей фильм «Геля» в прошлом году открывал фестиваль. Мастер-класс Иванова назывался «Формула борьбы. Боевик, криминальная драма, триллер». Вот главное из того, о чем там говорилось.

О работе со сценариями

Есть два направления моей работы со сценариями. Первое: я автор сценариев, которых за годы скопилось очень много. Некоторые из них спустя десять лет могут оказаться востребованными. Четыре года назад на рынке неожиданно возник запрос на готовые или почти готовые сценарии. Брали почти все. А у меня тогда, благодаря сериалу «ЮЗЗЗ», уже было кое-какое имя. Был даже такой диалог, когда я посылаю продюсеру сценарий, а он спрашивает, есть ли у меня еще что-то. Я посылаю еще, а он такой: все беру! В смысле «все»? Шли, говорит. В итоге по моим сценариям вышло несколько неплохих проектов, среди которых, например, «Хирург». Вообще, я сам хотел его снимать, когда писал, но постепенно сценарий разрастался, и проект становился чудовищно дорогим, я не очень понимал, как это возможно реализовать. Поэтому я от него отказался.

Второе: я работаю с чужими текстами. Иногда мне звонят продюсеры и говорят: сценарий есть, а снимать никто не хочет. В чем проблема? Я читаю и говорю: сценарий плохой. Мне говорят: а что делать? Мы уже запустились. Я беру и начинаю думать. Вот, например, «Немцы» по роману Терехова. Там сценарий не был плохим. Но он не попадал в ожидания появившихся тогда онлайн-платформ. Он был, в хорошем смысле слова, НТВ-шным, а для KION нужно было смелее, острее, парадоксальнее работать с материалом. Я полностью переписал сценарий и в итоге сам снял сериал. То же было со сценарием «Свора», его я тоже переписал, но режиссер там не я. Не знаю, зритель рассудит, но может получиться интересная история, мне кажется.

Об одиночестве

Мне очень интересна тема одиночества. Жизнь продлевать мы научились, а что делать с этой жизнью — не придумали. Почему многие люди осознанно выбирают быть одинокими? Вот моя мама так решила, и мне важно разобраться, почему она сделал такой выбор.

О главном

«Одним днем» — наверное, единственный мой фильм, который полностью отражает мое внутренее состояние.

О продюсерах

Раньше продюсер чувствовал, что сейчас нужно показывать вот такое и такое. А теперь он исходит из того, что у него есть. Например, режиссер, Юра Борисов, вот еще актеры, такие вводные, и надо как-то это упаковать. Отталкиваешься от возможностей и пробуешь.

О чистоте тона

Я, наверное, один из самых ненасмотренных режиссеров в России. Ничего не смотрю. Мои источники вдохновения — театр, скульптура, живопись и музыка. Возможно, все дело в том, что у меня наивная, дурацкая, жуткая боязнь повтора. Да, я прекрасно понимаю, что все уже было. Казалось бы, ничего страшного. Но мне так спокойнее. Например, мне говорят: такая сцена уже была в «Необратимости», а мне нормально, я-то «Необратимость» не смотрел. Может, и классная там сцена, но я ее не видел. Это такая попытка сохранить чистоту тона, внутренний неповтор. Причем я не пытаюсь добиться того, чтобы все сказали, что никогда такого еще не видели, как у меня. Видели, так ничего страшного. Это все касается именно моего ощущения. Мысль о том, что я сейчас сделаю повтор, штамп, у меня сбивает режиссерскую потенцию. Если я чего-то не знаю, то я весь такой горящий: смотрите, что я придумал, ребята!

О постановках экшена в России и Азии

В Азии совершенно другая культура кино. Боевые искусства для них — это одна из основ. Люди там очень любят ходить в кино. Это связано с тем, что все живут в маленьких, тесных квартирках. Даже богатые люди. А в кинозале просторно и приятно. Если там ты делаешь кастинг, то любой актер, который приходит туда, владеет боевыми искусствами. У нас раньше таким же обязательным было фехтование. Сейчас мастера ушли, школа ушла. И вообще, я часто смотрю студентов в разных школах, и вижу, что дела с этим все хуже и хуже. Да студенты и сами не хотят фехтованием заниматься, им скучно. В Азии полная противоположность. Там тебя даже не поймут: как это ты не умеешь драться? Ты же актриса! Не можешь в голову кому-то ударить ногой — какая ты актриса тогда! Это ДНК.

Поэтому там огромное количество команд, ставящих такие сцены, на это не жалеют денег. Например, команда в «Высоком сезоне» насчитывала 16 человек. А у нас драки ставят два человека, а иногда один. Я ставлю драку в большом, дорогом проекте «БАСТА. Начало игры», и у меня ее ставит один человек! Мне там постановщик трюков говорит: а вот этот главный герой, Миша, когда ты мне его привезешь на репетиции? Я говорю: а когда надо? Он: хотя бы за полгода. Понимаете? За полгода до фильма я должен выдернуть из Москвы артиста театра и кино, привезти его во Вьетнам, чтобы он мог тренироваться все эти месяцы и потом потратить на то, чему он научится, два дубля. Надо бы шесть, но это дорого, поэтому только два, а к ним нужно быть готовым. Почему у нас этого нет? Потому что экшен — это дорогое удовольствие.